МЫЛЬНAЯ ОПЕРА – ОПИУМ ДЛЯ НАРОДА?

mylnye opery

13 СЕРИЙ ПРО ВЗМЫЛЕННУЮ ЛЮБОВЬ 
Богиня Любви Афродита, она же Венера, как это известно, из греко-римской мифологии, родилась из морской пены. Самый же большой телевизионный бизнес, построенный исключительно на человеческой любви и ненависти, родился, однако, из пены мыльной.

Речь идет, как вы уже догадались, о так называемых мыльных операх. Еще в самом начале 30-х годов, когда Великая Депрессия только набирала свою силу, американские фирмы, изготовлявшие мыло и мыльный порошок, решили спонсировать в рекламных целях производство и трансляцию радиопьес. Эти душещипательные, мелодраматические радиопередачи, построенные по простому, как хозяйственное мыло, “жалистному” принципу “Человеку всегда лучше, когда он знает, что кому-то хуже, чем ему”, очень быстро завоевали широчайшую популярность по всей Америке, собирая вокруг “колхозной” радиоточки домохозяек на общие постирушки, по окончании которых начиналась перемывка косточек героям и антигероям очередной пьесы, а заодно и друг другу. Радиопьесы с продолжением имели тенденцию к бесконечности и заменялись новыми только тогда, когда они, как старые простыни, застирывались-заслушивались “до дыр”.

Так, благодаря рекламе, развлекательная индустрия вслед за эдисоновским граммофоном ворвалась в быт каждой американской семьи, создав эффект причастности к реальному миру эфирной нереальности, что и было началом так называемой масс-культуры. Каждый, кто эту масс-культуру по каким-либо причинам игнорировал, сам обрекал себя на остракизм. Как можно не знать то, что знают все? Вы можете себе представить русского, который не знает, кто такой Штирлиц, или американца, который не знает, кто такая Моника Левински? И несмотря на то, что первый является вымышленным героем одной из самых успешных советских мыльных опер “17 мгновений весны”, очеловечившей немецкий нацизм, а вторая является реальной молодой женщиной, которая вживую играла свою роль в растянувшимся почти на два года по всем телеканалам мира Soap opera-life-сериале “Любовница президента”, у них есть одно общее свойство: они являются носителями этой масс-культуры. Так стираются границы между реальным и нереальным.

В начале 70-х годов, когда телевидение прочно вошло в каждый американский дом, как радио в 30-х, а радиопьесы канули в Лету, в США была снята первая настоящая мыльная телеопера “Даллас” на тему из жизни нефтяных магнатов Техаса, которая сейчас считается классикой. По самым приблизительным подсчетам ее посмотрело около полумиллиарда людей как в западном, так и восточном полушарии. Особенный отклик эта телесерия нашла в соседней Мексике, где в связи с этим уже через год была снята первая испаноязычная мыльная опера, которые в Латинской Америке стали называть теленовеллами. Вскоре телемылоэпидемия со скоростью испанки перекинулась на Венесуэллу, а оттуда в Бразилию. Мыльнооперной болезнью одновременно заболели десятки, если не сотни миллионов людей по всей Южной Америке, благо что телевизор к тому времени уже и там стал неотъемлемой частью быта. В Бразилии, например, больше людей имеют в доме телевизор, чем водопровод.

Сумасшедший спрос породил соответствующее предложение. В воздухе резко запахло мыльнооперным Клондайком. Раздувающиеся на манер мыльных пузырей латиноамериканские телестудии, как куски мыла, еле поспевали штамповать бесконечные испанские варианты бессмертной Золушки типа “Рабыни Изауры”. По ней рыдал весь южноамериканский континент. Слезы текли Амазонкой. Плакали и богатые, и бедные, но бедные все-таки больше, так как они жалели к тому же еще и плачущих богатых. Бедный Шекспир в далекой Англии переворачивался в своем гробу со скоростью вертолетного винта, а у Антона Павловича в еще более далекой России изо рта шла пена, как будто он наелся мыла. Количество серий некоторых телеопер доходило до ста. Дешевая мелодрама без мыла входила в каждый дом, заполняла умы и сердца, парализовала и невидимой цепью приковывала телезрителей к телеящикам, как рабов к галерам. Она имела эффект дешевого наркотика, сажая миллионы бесхитростных людей на телеэкран, как наркодилер сажает на иглу.

И в этот момент с ними, как с зомби, можно было делать что угодно. Большая политика: политические убийства, коррупция, обман, продажность, алчность реальных чиновников за дверью затемненного дома и сознания телезрителей никого уже не интересовала. Они были поглощены выдуманной и поэтому более привлекательной телереальностью, где царили те же самые убийства, коварство, продажность и обман, только круто замешанные на почве любовной мелодрамы. Политики среди бела дня беззастенчиво обкрадывали своих избирателей – телезрителей, как часто воры обчищали дом в тот момент, когда вся семья намертво прилипала к экранам телемыльницы. Простому народу для счастья, как и плебеям в древнем Риме, нужно было хлеба и мыльных опер. Все.

Очень скоро Южная Америка переплюнула по количеству и качеству телеопер Северную Америку и прочно вошла на испаноязычный телерынок США, солидно потеснив своих учителей. Присутствие в американском телеэфире близких сердцу теленовелл очень смягчает культурный и языковой шок для вновь прибывших латиноамериканцев. Под мыльный телесоус им также легче скормить и гамбургеры и Микки Мауса. Мыльнооперная пена и в Америке хорошо промывает мозги. Когда в начале 90-х годов развалился СССР и на громаднейшем постсоветском телерынке образовался вакуум, он был очень быстро заполнен дешевой заокеанской телепеной. Русское шило менялось на латиноамериканское телемыло. Тот факт, что латиноамериканские теленовеллы вошли в посткоммунистическое сознание простых постсоветских людей, лишний раз потверждает тезис, что все страны бывшего СССР, включая Россию, пошли латиноамериканским путем, то есть выбрали тот вид общества, где за массу бедных все решает прикрывающаяся военной хунтой и сигуранцей могучая кучка богатых. Причем все это происходит на фоне псевдодемократической трескотни и полного криминального беспредела. Добрые сердца простых русских, украинских и белорусских женщин без труда вместили в себя и Санта Барбару, и рабыню Изауру, и просто Марию. И зарыдала Русь, и потекли слезы рекой Волгой. Вот и пойми ты эту загадочную русскую душу. Казалось бы, что ей в испанском пиру похмелье?

Прав был советский классик Михаил Светлов: “Я хату покинул, пошел воевать, чтоб землю крестьянам в Гренаде отдать!” Тайны мадридского двора, да и только! Во время трансляции телемылоопер на всем постсоветском пространстве стремительно пустели не только города, но и головы. Дело дошло до того, что железнодорожники отменили электрички, рейсы которых совпадали по времени с теленовеллами. К чему гонять пустые поезда? Женщины предавались дешевым телеутехам, мужики пили дешевую водку, а в это время “новые русские бизнесмены-политики” занимались под шум слезных струй личным обогащением. А когда избиратели-телезрители проснулись, – их уже обокрали! Не случайно звездам латиноамериканских телемылоновелл оказали в Москве такой прием, по сравнению с которым еремония вручения Оскара может показаться годовым профсоюзным отчетно-перевыборным собранием энского мыловаренного завода. Сам папа Ельцин в Кремле вручал главный приз – царскую горностаевую мантию. Значит было за что! А уходя под занавес 2000 года на пенсию, старик не сдержался и публично на всю страну расплакался. Да! И русские богатые тоже плачут! Но нужно ли пускать на мыло мыльные оперы? Не думаю. Кого-то они кормят, кого-то утешают, кого-то развлекают, кому-то приносят славу и деньги. Телемылолубок тоже, своего рода, искусство.

Мир был бы пуст, если бы избавлялся от всего несовершенного. “Каждому свое”, – как говорят, изобретшие мыло, немцы. Если мыльные оперы снимаются, то значит это кому-нибудь нужно… Кто знает, может быть мыльный камень и есть краеугольный камень истории человечества? В заключение мне хочется представить вам, дорогие читатели-телезрители, проживающего в Майами молодого темпераментного артиста из Венесуэллы Себата Кабаллеро. Его талант многогранен: он и актер, и певец, и танцор. Кабаллеро снялся в целом ряде теленовелл, таких как “La revancha”, “Me muero porti”, снискав любовь и привязанность телезрителей. Его уже приглашали на съемки в Испанию. Но звездный час артиста еще впереди. Кто знает, может быть когда-нибудь ему будет вручать очередную царскую мантию в Кремле сам президент Путин? И мыльные сказки тоже иногда сбываются… Пожелаем ему успеха!

Похожие записи

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *